КЭТО ДЖАПАРИДЗЕ

Дважды она снималась в кино. В первый раз у режиссера С. Тимошенко, сделавшего первый опыт переноса концертной программы на кинопленку. В фильме, названном «Концерт на экране», предстали лучшие из лучших мастеров искусства, о которых большинство зрителей знало только понаслышке — телевидение еще находилось в стадии эксперимента и распространения не получило
 
Иван Москвин, Николай Черкасов, Вера Давыдова, Вахтанг Чабукиани, Владимир Хенкин, Леонид Утесов —такие имена в одном концерте, пожалуй, можно было собрать только в кино.
Кэто Джапаридзе в этой ленте 1940 года превосходно спела «Сулико», далеко не самую типичную для ее репертуара песню. Но картина имела успех: ее сотрели всюду и не по одному разу.

Через четыре года (уже шла война) Джапаридзе вновь появилась на экране, и опять в киноконцерте, но только грузинском. Режиссеры С. Долидзе и Д. Рондели, поставившие «Щит Джургая», придали ему сюжетную форму, использовав для этого мотивы народного эпоса. Правда, Кэто обряжать в костюмы легенждарных героев не стали —певица играет саму себя (в титрах ее персонаж был обозначен как «артистка») и занимается своим основным делом —поет замеча-к'льно, но и на этот раз вещи, составлявшие незначительную часть ее эстрадных программ,—грузинские песни. Эта лента пользовалась зрительским вниманием, а через шесть лет после премьеры, когда о «Щите Джургая» стали забывать, да и популярность Кэто Джапаридзе пошла на спад, картина неожиданно получила Сталинскую премию, и все газеты дали восторженные статьи на работу грузинских кинематографистов — такие, каких не было и в дни ее появления.

Случайно ли певица, завоевавшая сердца многочисленных своих почитателей цыганскими, преимущественно 20-х годов, романсами и современной, стилизованной под те же «старинные» романсы песней, появилась в «самом массо-вом из искусств» с нехарактерными для нее произведениями? Увы, на этом иыборе отразилась позиция официальных руководителей эстрады, много лет ведших небезуспешную борьбу с жанром, избранным Кэто Джапаридзе. И не только одной ею.
Обладательница прекрасного низкого голоса, мягкого «сердечного» тембра, Кэто прошла великолепную певческую школу. Еще в те годы, когда ходила в i имназию, будущая певица брала уроки пения у известного грузинского компо-штора Захария Палиашвили, предрекавшего девочке оперную карьеру. Сложнейшие арии из опер русских и грузинских авторов Кэто исполняла на экзамене и Тифлисскую консерваторию, куда пришла чуть ли не на следующий день, как покинула гимназические стены. И тут же была зачислена в класс пения.

Ее консерваторские педагоги Левицкий и Анна Джакели поражались, с каким пцанием работала новопринятая студентка над своим голосом. Закончив высшее музыкальное образование с «весьма успешными» оценками, Кэто продолжает совершенствовать свой голосовой аппарат, постигая все новые тайны вокала. Она проходит стажировку в Италии у Ваги и Спаниоли, попасть к которым мечтали многие певцы, а с 1927 года, когда ей исполнилось двадцать шесть, три тда занимается в Германии с немецкими мастерами пения. Но и в дальнейшем, перейдя к профессиональной деятельности, она не переставала учиться, ежедневно занимаясь с композитором и концертмейстером Сергеем Бабовым, ставшим ее постоянным аккомпаниатором, прибегала к советам и помощи одной из самых знаменитых певиц цыганского жанра Тамары Церетели.

Появление последней на жизненном пути Джапаридзе было знаменательным: певица, готовившаяся к оперной стезе, окончательно выбирает романс и эстраду. И хотя свою карьеру на эстрадных подмостках она начала поздно, дебютировав в тридцать четыре года, долго ждать признания ей не пришлось: на следующее утро после первого выступления она проснулась знаменитой.

На эстраду она пришла со своей темой, со своим, как бы мы сказали сегодня, имиджем.

Перед зрителями она предстала женщиной, умеющей тонко чувствовать, быть преданной своему избраннику, глубоко страдать, «когда любовь тебя обманет». Никакой дешевой слезливости, никакой сентиментальности, никакого стремления рвать страсти в клочья. Все всерьез, все по-настоящему, все искренно.
Причем время создания романса в ее исполнении не имело значения. Она могла обратиться к произведениям, считавшимся на эстраде «запетыми», созданными век тому назад или написанными специально для Джапаридзе. Она пела «Мы вышли в сад» М. Толстого на стихи А. Толстой, «Как хороши те очи» П. Фальбинова — Н. Дулькевич, «Я помню вальса звук прелестный» Н. Листова или «Ясный месяц» П. Арманда и «В час заката» С. Бабова — Е. Эльпорта. Каж дый спетый ею романс, каждая песня становились современными, ибо она уме ла наполнить их живым чувством, подлинными переживаниями, сердечностью; пропустить через себя, свое понимание жизни. Пластинка с записями Джагарщм зе расходилась в 30-е годы огромными тиражами.

В послевоенные годы многое изменилось — началась борьба со всем, чтя носило, как тогда писали, «интимный характер», «уводило в узкий мир личных, чувств», «никуда не звало» и «ни к чему не призывало». Диски Кэто Джапаридзе; сняли с производства, не стало слышно ее и на эстраде. Перейдя в 1950 году в Грузинскую филармонию, где она проработала солисткой почти семь лет, стремилась изменить свой репертуар, чаще обращалась к классическому романсу, грузинскому фольклору, но выступала, к огорчению ее поклонников, редко.

Когда в 1939 году ее настойчиво уговаривали принять участие в Первом всесоюзном конкурсе артистов эстрады, чтобы поднять его престиж, Джапаридзе наотрез отказалась: «Мне уже 38, а у вас конкурсант старше 35 быть не может. Да и зачем все это соревнование?!» Но организаторы конкурса сделали специально для Кэто исключение из правил, и певица сдалась. Публика приняла ее восторженно, жюри — совсем иначе. Причины столь странного отношения к Джапаридзе проясняются, когда знакомишься с сохранившимися в архивах отчетами об итоговом совещании, прошедшем после Первого конкурса артистов эстрады. Выступивший здесь чиновник прямо определил «тревожное явление», к которому он отнес выступление Джапаридзе: «Меня взволновало воскрешение некоторых старых рамансов — «Я влюблена в одни глаза», «Я вас ждала» и т.д.

Зачем сейчас воскрешать этот жанр? Разве теперь любовь и тогда любовь одно и то же?».
На том давнем конкурсе Кэто Джапаридзе дали только четвертую премию. Официальное признание к ней пришло только в 1956 году, когда певица стала заслуженной артисткой Грузии.

Г. Скороходов